Похожие главы из других книг

«Для большинства уже давно…»

Из книги Невидимая птица автора Червинская Лидия Давыдовна

«Для большинства уже давно…» Для большинства уже давно Россия – одноцветное пятно на пестрой карте двух материков. Язык, который можно изучать в числе второстепенных языков. И песни (милые – их пела мать). Для некоторых в слове этом Мечта нетленная, как первая любовь (в


«Как листья с деревьев, давно облетели…»

Из книги Мертвое «да» автора Штейгер Анатолий Сергеевич

«Как листья с деревьев, давно облетели…» Как листья с деревьев, давно облетели предлоги для грусти, обиды, тревоги, Осталась рутина рабочей недели – будильника вкрадчивый звон, вагоны подземной железной дороги, газета в холодной вечерней постели и все углубляющий


V. «Мы давно с тобою жили…»

Из книги На рубеже двух столетий [Сборник в честь 60-летия А. В. Лаврова] автора Багно Всеволод Евгеньевич

V. «Мы давно с тобою жили…» Мы давно с тобою жили, Мы с тобой тогда носили Я — косынку кружевную, Гребень в гладких волосах, Ты же — шпагу золотую, Кружева на рукавах. Умирали, оживали, Вновь любили, повторяли Все с доверчивою страстью, Как и в прежние года. Я — покорностью,


«Близко то, что давно загадано…»

Из книги Влюбленный демиург [Метафизика и эротика русского романтизма] автора Вайскопф Михаил Яковлевич

«Близко то, что давно загадано…» Близко то, что давно загадано В тишине бессонных ночей: Меркнет в дымном бархате ладана Пламя трех зажженных свечей. Это я — под недвижною маскою, Это я — в кружевных волнах. Кто-то, тихий, последней ласкою Обвевает бессильный


Однажды, давным-давно

Из книги Из круга женского: Стихотворения, эссе автора Герцык Аделаида Казимировна

Однажды, давным-давно В начале 1978 года одна моя приятельница, работавшая в небольшом издательстве, обратилась ко мне (и ко многим другим людям, не имевшим отношения к литературе — философам, социологам, политикам и т. д.) с просьбой написать детективный рассказ. По


Так было

Из книги автора

Так было В сентябре 1966 года я студентом приехал в Советский Союз на десять месяцев по обмену для работы над диссертацией о поэзии Андрея Белого. За время пребывания в Ленинграде и Москве мне посчастливилось познакомиться и сблизиться с последними представителями старой


3. «Давно сердечное томленье теснило ей младую грудь»: абстрактно-эротическое влечение и «сладкая грусть»

Из книги автора

3. «Давно сердечное томленье теснило ей младую грудь»: абстрактно-эротическое влечение и «сладкая грусть» Как отмечалось в 1-м разделе, одиночество героя преломляется в мотив пустоты, как бы высвобождающей место для вожделенного друга или подруги – т. е. для восполнения


«Давно уже не было острой муки…»

Из книги автора

«Давно уже не было острой муки…» Давно уже не было острой муки, Не приходил жестокий вожатый, Не клал мне на плечи тяжкие руки, Не требовал от меня расплаты. Но кто ж позовет к себе гостя такого, Кто сам наденет венец терновый? Немудрое тело боится страданья, Но втайне от


103. «Давно иссяк. Давно устал…»

Из книги автора

103. «Давно иссяк. Давно устал…» Давно иссяк. Давно устал Угрюмый ветхий дом. И кто б ни шел, идет вдвоем, Входя в померкший зал. И стол, и жестких стульев ряд Косятся в зеркала. И по углам судьбы метла Сметает сор утрат. Уж снова ночь. За тишиной Растерт безликий гул. Ты


104. «Давно, давно в беспамятстве, в болезни…»

Из книги автора

104. «Давно, давно в беспамятстве, в болезни…» Давно, давно в беспамятстве, в болезни Иль в детства тихой сонной полумгле, Меня пронзили звуки вещей песни, С тех пор неповторимой на земле. Я к ней тянулся шепотом, дыханьем, Вникал в шаги стихии огневой И замирал, во тьме,


181. «А то что было — было всё ничтожно…»

Из книги автора

181. «А то что было — было всё ничтожно…» А то что было — было всё ничтожно, Безликой повседневностью смертей Прошло оно — ненужно, нетревожно, Тая в немом прозрении ночей: В их медленной, безрадостной капели Шагов, шагов, истоптанных листов — Во всем, что сказано без