Бриллиантовый дым

Бриллиантовый дым

Александра Маринина. Последний рассвет: Роман. М.: Эксмо

Евгения Панкрашина, жена крупного бизнесмена, была «простой и сердечной бабой, матерью, хозяйкой», которая «книг почти совсем не читала» и все силы отдавала детям. Она так отчаянно держалась за компанию подруг из прежней, еще небогатой, жизни, что боялась смутить их видом благополучия, а потому стремилась выглядеть похуже и вести себя поскромнее. Это не означало, что Женечка одевалась в секонд-хенде и паслась возле уличных лотков «Тысяча мелочей по 10 рублей». Однако она избегала гламурных бутиков и спа-салонов, выбирала платья немаркой расцветки и даже сама делала себе маникюр. Но однажды эта святая женщина совершила оплошность. Она одолжила у известного ювелира редкое украшение — колье с драгоценными камнями.

Тут-то ее и зарезали. Преступление произошло на тридцать пятой странице детектива «Последний рассвет» — еще одного романа А. Марининой, где не участвует Анастасия Каменская…

В отличие от многих популярных авторов, для которых верховное божество — тираж, а критики — никчемные паразиты, Маринина реагирует на замечания: изучает их и даже следует кое-каким советам. Еще три года назад критики начали иронизировать над вечнозеленым милицейским статусом Каменской, и тогда Маринина убрала героиню из органов, определив ее в частный сыск. А когда стало ясно, что надоели не столько Настины погоны, сколько сама Настя, писательница задвинула бывшую любимицу на периферию и передоверила таинство расследования новым героям — обманчивому тихоне Антону Сташису и застенчивому обжоре Роме Дзюбе.

То же и с форматом. Первый раз превращение ма-рининского романа из однотомного в многотомный вызвало удивление. Второй и третий разы — глухое раздражение. Довольно быстро писательница поняла, что снятие ограничений по объему романов, удобное сочинителю (не надо ужимать написанное) и выгодное маркетологам, вредит читателям: да, разбухшего тысячестраничного текста с лихвой хватит, чтобы испечь пару-тройку томов, — по отдельной цене за каждый, — однако такое меню не назовешь разнообразным и питательным. Рано или поздно безразмерное повествование, отягощенное отступлениями от сюжета, читателю осточертеет, и тогда маятник маркетинговых уловок, качнувшись, больно ударит по самому писателю.

Таким образом, надо было выправлять ситуацию, и в новой книге Маринина вернулась к менее коммерческому объему и к экономному раскладу: число томов — один, число трупов — не более трех.

Это — традиционные плюсы книги. Но и традиционных марининских минусов избежать не удалось. Корней Чуковский, который придумал слово «канцелярит» и привел наитипичнейший его образчик («Ты по какому вопросу плачешь?» — спрашивал прохожий у девочки), мог бы вычерпать из «Последнего рассвета» десятки таких же примеров. «Вопрос чистоты не стоял вообще», «он взял на себя финансовое обеспечение семьи со всеми вытекающими оттуда обязанностями», «более перспективным в плане получения информации ему виделся певец» и так далее. «Может, подскажешь, как вывернуться, чтобы и художественно было, и со стилем не накосячить?..» — спрашивает персонаж романа у своего папы. Умный папа ответа не знает. Похоже, не знает его и Маринина. «Громогласно вопросил», «вспышкой пронеслось в сознании», «невыразимо женственная», «печать невыразимого горя не могла скрыть ее красоты». И тому подобные перлы — от первого убийства до финального разоблачения…

Впрочем, главная беда книги даже не в буйно разросшемся словесном чертополохе. Пожертвовав эпопейным объемом, писательница не смогла пренебречь привычной методикой: использовать набранный материал по максимуму. Быть может, изначально убийцей должен был оказаться кто-то из описанного автором ювелирного братства, но затем планы поменялись, а наработки остались. И хотя в окончательном варианте интриги «ювелирная» тема занимает скромное место и никто из здешних спецов по золоту и самоцветам не повинен в криминале, Маринина не в силах расстаться с материалом: читателю всё равно расскажут о камнях, о способах огранки, о степенях защиты, об организации труда ювелиров и охране продукции… Даже в трехтомном романе подобного рода избыточность тормозила сюжет, а уж в однотомном справочно-лекционно-информационный массив, занимающий полкниги, выглядит арестантским ядром, которое зачем-то вынуждены таскать за собой ни в чем не повинные персонажи. Ну как если бы, скажем, Артур Конан Дойл большую часть новеллы «Пляшущие человечки» посвятил не тайнописи, но пляскам народов мира: Холмс и Ватсон бы вдумчиво сравнивали тактикотехнические данные гопака и лезгинки, и лишь на последних страницах, отвлекшись от интересной темы, великий сыщик бы мимоходом разгадывал шифр…

Книга издана в серии «Больше, чем детектив». Как видим, дьявол притаился в словечке «больше». Жаль, что Маринина не написала просто детектив.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.