Остафьево

Остафьево

Подмосковное имение князей Вяземских Остафьево было превращено в музей гораздо раньше: в 1899 году его владельцы – граф Сергей Дмитриевич Шереметев, известный историк и писатель, и его жена Екатерина Павловна, урождённая княжна Вяземская, открыли своё имение для широкой публики и торжественно отпраздновали столетие со дня рождения великого поэта.

Остафьево. Дворец Вяземских

Пушкин трижды заезжал в Остафьево, принадлежавшее его другу Петру Андреевичу Вяземскому. Это уникальное имение хранит память о славных деяниях трёх поколений семьи Вяземских; об исторических трудах Н.М. Карамзина, который с 1804 по 1815 год проводил здесь летние месяцы со своей женой Екатериной Андреевной, сводной сестрой П.А. Вяземского. Посещали Остафьево В.А. Жуковский, К.Н. Батюшков, А. Мицкевич, Е.А. Баратынский, И.И. Дмитриев и многие другие литераторы пушкинской поры и более позднего времени. Красивый регулярный сад, круглый луг перед дворцом, украшенным фронтоном с коринфскими колоннами, стройные колоннады, ведущие к двум флигелям, белая Троицкая церковь – всё это отражается в спокойных водах большого пруда, расположенного по руслу речки Любучи. Места эти благоприятствовали творческому общению и отдыху. В 1902 году посетитель музея Величко оставил в книге записей любительские стихи:

Здесь многосложный мир стремлений, красок, дум —

Самим собою полн. Презрев докучный шум,

Портреты, образа и рукописей груды,

И с тысячами книг высокие шкапы, —

И знанье строгое, и барские причуды

Здесь гордо в тишину укрылись от толпы…

Дверь приотворена, объята полутьмой

Аллея старых лип. Мелькают силуэты…

Жуковский, Вяземский… Сам Пушкин! Боже мой!..

Впервые Пушкин посетил Остафьево в июне 1830 года, по – видимому, в связи с предстоящей женитьбой на Наталье Николаевне Гончаровой. Поэт просил княгиню Веру Фёдоровну Вяземскую, своего давнего друга, быть посажённой матерью на предстоящей свадьбе. Княгиня ездила к матери невесты, чтобы уговорить её ускорить венчание.

В декабре 1830 года, приехав из Болдина в Москву, поэт посетил Остафьево. «День, проведённый у меня Пушкиным, был для меня праздничным днём», – писал тогда П.А. Вяземский. Не прошло и месяца, как Пушкин вновь появился здесь. 4 января 1831 года он отдыхал в дружеском кругу и вечером веселился на импровизированном балу.

Великий поэт не оставил строк, специально посвящённых Остафьеву. Проникновенные стихи о своём имении сочинял П.А. Вяземский. В 1818 году в Варшаве он дописал начатое в Остафьеве стихотворение «Первый снег», рисующее чарующие картины зимнего сада:

Здесь снег, как лёгкий пух, повис на ели гибкой;

Там, тёмный изумруд посыпав серебром,

На мрачной со?сне он разрисовал узоры.

Рассеялись пары, и засверкали горы,

И солнца шар вспылал на фоне голубом.

Волшебницей зимой весь мир преобразован;

Цепями льдистыми покорный пруд окован

И синим зеркалом сравнялся в берегах…

Особенно красивые строки, проникнутые ностальгией о лучших годах молодости и зрелости, об ушедших из жизни друзьях и родных, Вяземский посвятил Остафьеву в 1850–е годы, когда несколько раз посещал своё родовое гнездо, гулял по саду, по роще, вдоль пруда и писал стихи:

Задумчиво брожу, предавшись весь мечтам,

Вдоль блещущих столбов прозрачной колоннады,

И зыбко тень моя ложится по плитам —

И с нею прошлых лет и милых поколений

Из глубины ночной выглядывают тени.

Я вопрошаю их, прислушиваюсь к ним —

И в сердце отзыв есть приветом им родным.

27 октября 1857 года в Остафьеве П.А. Вяземский сочинил большое стихотворение, посвящённое милой его сердцу усадьбе, в котором есть такие строки:

Здесь с каждым деревом сроднился, сросся я,

На что ни посмотрю – всё быль, всё жизнь моя.

Остафьевские ландшафты в этих стихах особенно прекрасны:

Всё те же мирные и свежие картины:

Деревья разрослись вдоль прудовой плотины,

Пред домом круглый луг, за домом тёмный сад,

Там роща, там овраг с ручьём, курганов ряд —

Немая летопись о безымянной битве;

Белеет над прудом пристанище молитве,

Дом Божий, всем скорбям гостеприимный дом.

Там привлекают взор, далече и кругом,

В прозрачной синеве просторной панорамы,

Широкие поля, селенья, Божьи храмы,

Леса, как тёмный пар, поёмные луга

И миловидные родные берега

Извилистой Десны, Любучи молчаливой,

Скользящей вдоль лугов струёй своей ленивой…

Перед мысленным взором поэта «за милым образом мелькает образ милый». Наверное, вспоминал он и Пушкина, который в декабре 1830 года увлечённо читал ему здесь чудесные произведения, созданные знаменитой болдинской осенью.

Этому событию посвящены строки правнука П.А. Вяземского Павла Сергеевича Шереметева, который в 1920–е годы сочинял две поэмы, повествующие о жизни князей Вяземских, и в частности своего деда Павла Петровича Вяземского, основательно пополнившего остафьевские коллекции и архивы. К сожалению, эти поэмы так и не были окончены и остались в черновиках. Вот как описал П.С. Шереметев достопамятный визит Пушкина в Остафьево и чтение им болдинских произведений, в числе которых было стихотворение «Моя родословная», где великий поэт называл себя «мещанином» в пику новоявленной знати:

Зима, холера, год тридцатый,

Деревню снегом занесло;

Халат на байке полосатый

Привёз в Остафьево своё,

Сюда князь Пётр уединившись,

С семьёй на зиму целую зарывшись.

И вот, минуя карантин,

Примчался Пушкин «мещанин».

И в час вечерней чашки чая,

Скользя, как будто на коньках,

Паркета гладкого досках,

О руку руку потирая,

Свою поэму прочитал,

Как дед блином не торговал.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.