"Я — СУМАСШЕДШИЙ" (I Madman) Канада — США. 1989.95 минут. Американское название — "КНИГА В ЖЕСТКОМ ПЕРЕПЛЕТЕ" (Hardcover).

"Я — СУМАСШЕДШИЙ" (I Madman) Канада — США. 1989.95 минут. Американское название — "КНИГА В ЖЕСТКОМ ПЕРЕПЛЕТЕ" (Hardcover).

Режиссер Тибор Такач.

В ролях: Дженни Райт, Клейтон Ронер, Рэндолл Уильям Кук, Стефани Ходж.

В - 2; Дм - 3,5; Р - 3; К — 4,5. (0,558)

Уже первая картина молодого канадского режиссера Т.Такача, венгра по происхождению, которая называлась "Врата" (1987) и имела неожиданный успех, в том числе в США, была отмечена критикой как любопытный пример сочетания "дьявольского" и реального, причем с большим чувством юмора. Его третья по счету работа "Я — сумасшедший" стала главным призером известного фестиваля фантастических лент и "фильмов ужасов" в Авориазе. Она может восприниматься как пугающая, держащая в нервном напряжении, кое-кого заставляющая вскрикивать от страха история о молодой девушке, которую преследуют кошмары, буквально сходящие со страниц читаемых ею книг.

В то же время это — очень тонкая пародия на самые разные "фильмы ужасов", "страшные" картины про убийц, маньяков и материализовавшихся монстров, которые существуют лишь в сознании героев. Прежде всего угадываются популярные сериалы "Пятница, 13-е" и "Кошмарна улице Вязов", но не трудно подыскать и другие образцы, ставшие объектом иронического воспроизведения в ленте Т.Такача. Более того, язвительно используется милый и симпатичный персонаж из канадского фильма "Братишка".

Впрочем, сильнее всего режиссер потешается над нашими собственными страхами: с одной стороны, над неуравновешенными реакциями на страшную ситуацию, с другой — над неукротимым, несмотря на дрожь в теле и остолбенение в ожидании очередного кошмара, ненасытным желанием вновь испытывать это близкое к психозу и шоку состояние. "Я — сумасшедший": неизвестно, кто безумнее в своей жажде ужаса — автор, который сочиняет будоражущую покой и сон историю, или же читатель-зритель, с робкой покорностью жертвы погружающийся в мрак фантазмов и маний.

Т.Такач в этом смысле пародирует не сам жанр, а восприятие человеком придуманного, вымышленного, иллюзорного мира. Считается, что страшное чтиво или зрелище сублимируют гнездящийся внутри нас страх, высвобождают подавленные инстинкты. Но не лишено основания и предположение, что благодаря этим острым ощущениям кто-то компенсирует обыденность и неэмоциональность своей жизни. Мне кажется, что насмешка режиссера над стремлением бегства от реальности — пусть навстречу опасностям и подстерегающим на каждом шагу неподвластным рассудку ужасам! — является тем ценным достоинством, что отличает картину Т.Такача от обычной пародии на штампы "фильмов ужасов".