ГЛАВА VII РАБОТА НАД ЛИТЕРАТУРНО–КРИТИЧЕСКОЙ И НАУЧНОЙ СТАТЬЕЙ (ЖУРНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ 1830–х ГОДОВ)

ГЛАВА VII

РАБОТА НАД ЛИТЕРАТУРНО–КРИТИЧЕСКОЙ И НАУЧНОЙ СТАТЬЕЙ (ЖУРНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ 1830–х ГОДОВ)

Вместо анализа ряда отдельных статей из разных периодов истории русской литературы возьмем несколько связанных между собой журнальных статей середины 1830–х годов — эпохи, когда передовая социально–политическая мысль концентрируется в критике. Литературно–журнальная деятельность 1830–х годов — свидетельство активной борьбы великих русских писателей за новые эстетические принципы. Это одна из значительных тем в общем учебном плане подготовки студентов[407].

Тридцатые годы — время активной работы Пушкина и расцвета таланта Гоголя—новый этап в развитии русской литературы. Исходя из задач современной жизни, Белинский требовал «поэзии реальной, поэзии жизни, поэзии действительности». В этот период напряженной борьбы культуры демократической, опирающейся на подлинную народность, против торжествовавшей реакции, поднявшей знамя официальной «народности», необычайно возросло значение передовой критики и журналистики.

Очень велико было значение статьи Гоголя «Несколько слов о Пушкине» («Арабески»), завершенной в 1834 г. Своим определением «истинной национальности» Гоголь выступил на борьбу с уваровщиной и его триединой формулой. В этой статье Гоголь толковал Пушкина как «чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа» (VIII, 50). Эта статья, несомненно, имела большое значение для последующих статей о Пушкине Белинского. Пушкин именно в это время советовал Гоголю начать писать историю русской критики (запись в дневнике Пушкина от 7 апреля 1834 г.). Статья Гоголя «О движении журнальной литературы в 1834 и 1835 году», опубликованная в «Современнике», рассматривается в литературоведении как начало этого большого замысла. Пушкин, Гоголь, Белинский борются против реакционной журналистики в лице О. И. Сенковского («Библиотека для чтения») и Ф. В. Булгарина («Северная пчела»), В центре внимания не только литературно–эстетические, но и социально–политические, философские вопросы. Объявив непримиримую войну идеалистической, романтической эстетике, Белинский выступает против критика «Московского наблюдателя» С. П. Шевырева.

Преподаватель останавливается на характеристике журналов Н. И. Надеждина «Телескоп» и «Молва» (1831—1836), в которых печатались статьи Белинского[408], знакомит студентов с журналом «Московский наблюдатель», его сотрудниками, дает обзор журналов Москвы и Петербурга 1830–х годов, специально останавливается на журнале Пушкина «Современник».

Здесь рассматриваются основные направления работы со студентами при анализе статей Гоголя «О движении журнальной литературы в 1834 и 1835 году» и Белинского «О критике и литературных мнениях «Московского наблюдателя».

Рассмотрев статью Гоголя, следует сопоставить ее со статьей Белинского «Ничто о ничем, или отчет г. издателю «Телескопа» за последнее полугодие (1835) русской литературы». Сопоставляя эти статьи, студенты выясняют: 1) в чем состоит сходство в позициях Гоголя и Белинского; 2) чем можно объяснить совпадение мыслей Гоголя и Белинского; 3) в чем различие оценок Гоголем и Белинским журналистики и критики.

В работе со студентами необходимо также выяснить ряд других вопросов: читал ли Гоголь работу Белинского, написанную несколько раньше его статьи? Мог ли он вообще знать о ней? Каково было отношение к Шевыреву у Гоголя и Белинского? Чем обусловлены критические замечания в отзыве Белинского на статью Гоголя? И т. д. Сопоставление статей Гоголя и Белинского студенты проводят только на втором этапе работы, т. е. тогда, когда перейдут к рассмотрению исследований советских литературоведов, освещающих эти вопросы.