Дела и заботы

Дела и заботы

19.05.2008

Сегодня посмотрел купленный третьего дня фильм «Господа офицеры. Спасти императора». Осмелюсь доложить, страшной силы вещь. Не разочаровал. Собственно именно он — следующий кандидат на разделку в «Синем Филе». К работе приступили, о сроках окончательной готовности — сообщу дополнительно.

Из общения в комментариях:

— Неужто такой отстой, Дмитрий Юрьевич! Я вот только посмотреть собирался… Не стоит?

— Я ж тебя не знаю. Может, ты такое любишь. По мне так отстой.

— Ну, по-моему, фильм, конечно, скучноватый, местами занудный… Но есть и правильные моменты. Зато там нет Тупых Подростков.

— Вместо них там группа тупых офицеров.

— Осмелюсь заметить, спецгруппа тупых офицеров. Фактически spetznaz [шпэтцназ].

— Причем один — из царской гэбни.

— Значит, красных идеализировать на протяжении 70 лет было можно, а белых уже и совсем нельзя? Недемократично!

— Они еще фашистов полвека идеализировать отказывались. Пора это демократично поменять.

— Фильм, конечно, «порадовал». Что офицеры представлены в виде сборища полных долбанько, что красные.

— При этом — парадокс! — красные получились гораздо убедительнее.

— Ну вот я, например, матерый белогвардеец, но признаю — фильм крайне неудачный и слабый.

— [Протирает глаза]. А в чем матерая белогвардейскость выражается?

— Повторяю: есть сильные моменты, но их немного, и сказать, что я разочарован этим фильмом — не сказать ничего.

— Сильные моменты, камрад, — это какие?

— Меня лично концовка просто убила — увидев, как «пару дней назад расстрелянный» гражданин Романов едет на повозке с семьей, я впал в откровенный ступор.

— Да там везде сифилис мозга, так мне показалось.

— «При этом — парадокс! — красные получились гораздо убедительнее». Ну там скорее более-менее один персонаж не говно, вернее, сделан менее картонно, главный коммуняка, который девку в конце застрелил.

— Упырь-комиссар и морячок — отличные.

— А мне фильм понравился, и не надо так внятно авторитетить.

— Камрад, если ты ешь говно, не надо об этом рассказывать на людях — понимания не встретишь.

— Просто кино, по-моему, сделано для широкого круга, так сказать.

— Для безмозглых, да.

— Можно по-другому — для семейного просмотра.

— Для семейного просмотра безмозглых.

— Заметьте — нет эротических сцен в отличие от «Мы из будущего» или «Волкодава», нет идиотской псевдострасти из «Невского».

— Это, конечно, мощный плюс — придает духовности.

— Мне кажется, по сравнению с перечисленным, Фомин добился заметного успеха.

— Безусловно, причем недюжинного.

— Это не солянка из остатков пиццы…

— Дружок, пицца — сама по себе из остатков.

— А по-моему, добротное продолжение, скажем, «Неуловимых мстителей».

— [Падает башкой об пол].

— Просто жанр долгое время был непопулярен, уж извините, мастерство куется временем и на ошибках.

— Жанр давно откован, убогие поделки его не определяют.

— Так что фильм в зачет.

— Респект.

— Племяннику передал диск с куда большим удовольствием, чем многие последние а-ля патриотические фильмы.

— «Стритрейсеров» ему еще дай — развивай у мальчонкихороший вкус.

— В гражданской войне трудно кого-то идеализировать.

— Нет, легко. Одни были за людей, а вторые — против.

— Красные за людей, белые против?

— Ты не знал?

— «Пора это демократично поменять». Ну, товарищ, сравнил задницу с пальцем. Это ж две разные вещи.

— Жопа и палец? Безусловно. А твари, которые служили фашистам, — они обычные белые твари.

— А матерая белогвардейскость выражается в убеждениях, в чем же еще.

— Ты не ходи сюда больше, дорогой друг.

— И то, что одни были за людей, а вторые — против, тоже не верно.

— Само собой. То-то с разорванными жопами бежали аж до Парижа, от ласковой Родины и любящего народа.

— Важно не то, кто был за людей, а кто — против. Ну не бывает так, чтобы сидел такой упырь у власти и думал: «Вот, еще миллион человек убью — и получу от этого удовольствие».

— Тебе-то виднее, базару нет — в пятнадцать-то лет.

— Важно, за каких людей.

— Так-так, это важно.

— Кто-то хотел, чтобы в правительстве было 90 % евреев.

— Да пиши уже проще: жыдов.

— А кто-то хотел вернуть помещиков. Тут уж каждому на свой вкус.

— Для твоих кумиров это оказался вкус пролетарского хрена за щекой. Всего хорошего.

— Спасибо за подробный ответ, искренний респект.

— Камрад, ну не надо херню писать. Некрасиво это — выставлять себя на публике дураком.

— Вообще-то, часть ответов немного не в кассу, но просветление есть. Честно.

— Да барахло, слабое и унылое барахло.

— Дмитрий Юрич, а вот такой вопрос — лично персона Олега Фомина влияет на оценку его творчества? Скажем, если бы он был из Купчино, а? Не снял бы такое?.. Возможно?..

— [Оторопело.] Камрад, я не знаю Олега Фомина. Я его видел один раз в говнокино «Меня зовут Арлекино» и один раз живьем на кинорынке — все. Что и как должно влиять?

— Я полагаю, что субъективен, как и всякий. Понравилось мне и то, как играли в фильме русских офицеров, и сам Фомин — есть что-то из подзабытого человеческого достоинства». Зацепило.

— Камрад, ты еще проведи разбор, как тебя цепляет музыка «Ласкового мая» — какие там прекрасные мелодии, какие тонкие гармонии. И с пеной у рта доказывай, что это прекрасная музыка — ведь ребята отлично играют и очень, очень красиво поют. Кстати, у многих встретишь понимание.

— По-моему, трудно такое сыграть.

— Таких м…ков? Наоборот, очень просто.

— А продать… не легче, думаю.

— Сборы говорят сами за себя.

— Короче, оплачено, увидено, одобрям-с.

— Ешь говно на здоровье, камрад. Не надо только рассказывать окружающим о том, как это здорово — есть говно. Для этого лучше пройти на говноедские ресурсы там поймут и оценят.

— Хотя согласен, что художественную ценность произведения нужно мерить по шедеврам.

— Огромное тебе спасибо, я уже не знал — что мне без твоего согласия делать.

— Мое мнение: выстрел не в «десятку», но стреляем уже по верной мишени. А главное — стреляющий, он за нас.

— Тебе сколько лет?

— Спокойно, я еще расту. Впрочем, 28.

— Засиделся ты в детях, камрад.

— Мне кажется, что развилка конструктива осталась за поворотом. Удивительно, что люди, дуэтом не одобряющие «Стритрейсеров», ее даже не заметили. Может, стоит пересмотреть фильму? Все-таки кино для масс — величайшее из искусств. Успехов в создании хороших фильмов. Жду с нетерпением. Перед лицом камрадов торжественно обещаю — критика только по делу. Если говно, обещаю не смотреть.

— Ты можешь себе представить, что бывают люди, которые с одного раза отличают хороший фильм от тупого говна? Что с одного просмотра видят тупой сценарий и отличают от хорошего сценария? Что с одного раза отличают хорошую актерскую игру от никакой?

— По мне, так и те, и те воевали за свое видение государства, а про людей думали во вторую очередь.

— Никак нет. Одни — за землю и страну, а вторые — за свои фантазии. Почему, собственно, и просрали.

— Все так просто?

— В жизни вообще все просто. У одних было за что биться, у других — нет.

— Великого терпения ты человек, Дмитрий Юрьич. Я вот это… так и не осилил [тут хотел ввернуть похабный матюг, но не нашел подходящего]. Не поверишь — пять раз запускал. Даже из чисто академического интересу — никак. Даже под водку — не идет! Обидно до слез, как там красноармейцев стреляют. Это ж пропаганда чистой воды! Взяли — и разом пол-истории обосрали. Может, ну их нах — такое говно еще и пиарить?!

— Это ж не пиар. Это срыв покровов.

— А меня морячок не порадовал. Вот в «Оптимистической трагедии» — там правильные мореманы, а этот даже «Полундра!» как-то по-картонному кричит.

— Я только про то, как он выглядит на общем фоне придурков.

— Команданте! Обязательно отметьте поручика Ржевского, который зарубил двоих друзей за стрельбу по блядям. Причем, когда их раздевали, он, видимо, столь самозабвенно играл на гитаре, что не заметил этого и очнулся, когда они уже начали стрелять. И морячка, который гранатами не взрывается, тоже надо…

— В обязательном порядке.

— Дмитрий Юрич, признавайтесь, с первого раза фильм удалось отсмотреть?

— Поступил хитро: взял фильму на работу и прямо с утра засмотрел через проектор. Деваться некуда, прерывался только на посещение сортира.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.