Юрий Столпер ЗВЕЗДЫ И ПОЛОСЫ

Юрий Столпер

ЗВЕЗДЫ И ПОЛОСЫ

Питер Белли работал в крупной радиоэлектронной корпорации и был, по определению шефа отдела, «подающим надежды молодым человеком». Питеру шел четвертый десяток, и надежды подавал он последние лет десять. Перспективы роста его не привлекали, и он все еще был младшим конструктором в лаборатории электронной оптики. И так каждый рабочий день, с полдевятого до пяти, — вялый, безынициативный служащий. Но дома его ждало любимое хобби — астрономия. Мистер Белли отдавал этому почти все свободное время и заработанные деньги. Его домашней обсерватории мог позавидовать любой колледж, и в солидных астрономических журналах время от времени появлялись статьи, подписанные «П. Б. Белли». Жизнь для Питера текла по накатанному руслу, но однажды произошло событие, изменившее его жизнь раз и навсегда.

Фирма получила заказ на усовершенствование следящей охранной системы, и, копаясь в спецификациях, Питер ощутил проблеск свежей идеи, которая, впрочем, тут же испарилась, и он продолжил нудные поиски требуемых параметров. Но в голове, на самом дне сознания, зудела, не давала покоя какая-то мыслишка.

Вот и долгожданный звонок, возвестивший о конце рабочего дня. И только когда он пришел домой и уселся с банкой пива перед окуляром самого первого купленного им и потому самого любимого телескопа, мысль, терзавшая его весь день, четко оформилась в сознании. Он воскликнул: «Ну, конечно!» — и радостно стукнул себя по лбу.

Радость открытия омрачила зажатая в кулаке банка с пивом, и, как только облитая пивом одежда была брошена в корзину для стирки, Питер в одних трусах кинулся к письменному столу.

Идея его была гениальна и проста, как все гениальное. Бич всех оптических приборов — предел разрешения, ограниченный кучей факторов — длиной световой волны, диаметром линз или зеркала рефлектора. Все это заставляет огромную звезду, расположенную на немыслимом расстоянии, выглядеть мутным зайчиком или ослепительной точкой. От всего этого можно избавиться, сократив длину волны, — так появились радиотелескопы. Но по карману ли такая игрушка рядовому инженеру, да и где ее ставить? Питер, просматривая схему охранного устройства, догадался, как создать небольшое и относительно недорогое устройство (что-то типа фотоэлемента плюс специальная электронная приставка), сигналы которого можно преобразовать в изображение с минимальными искажениями при максимальном увеличении.

Сослуживцы отметили, что мистер Пивное Брюшко (так они звали Питера из-за его второго имени и фамилии — В. Belly созвучно словосочетанию beer belly — Пивное Брюшко, а Питер обожал пиво и не отличался изящностью форм) в последнее время изменился — стал собранным, азартно работал, все время что-то считал, собирал на стенде макеты схем. Пару раз схемы горели, создавая веселую панику, — все понимали, что ничего опасного нет, но как приятно ворваться в чужую комнату и обдать коллегу струей пирофага из газового огнетушителя! Откуда им было знать, что Питер был занят сборкой и наладкой своей схемы электронного фототелескопа.

Наконец схема была почти готова, оставалось только собрать приемную фотобатарею и присоединить к ней отлаженный на работе датчик. Тяжело вздыхая, Питер снял со счета в банке остатки сбережений и заказал в Кремниевой долине совершенно особую солнечную батарею. Клерк, принявший заказ, пожал плечами — каждый сходит с ума по-своему, — и к концу июля заказ был готов.

И вот он — решающий момент! Белли дрожащими руками проверил правильность сборки и навел приемник на ярко сверкающие в калифорнийском небе звезды. Затаив дыхание, Питер включил малую мощность, и… пролетев пару метров, плюхнулся в теплые воды Золотых ворот. К счастью, до берега было недалеко, и во время падения он успел ухватиться за блок приставки.

Прокравшись домой (ночь была жаркой, за прибор он сел в одних плавках, а возвращаться пришлось через полгорода), Питер провалился в сон. На следующее утро он позвонил на работу, сказав, что чем-то отравился, и, получив от шефа порцию наставлений по лечению десятка желудочных болезней и отпуск на три дня, сел обдумывать случившееся.

«Чудес не бывает, — думал Питер, — Бога, по-моему, тоже. В таком случае как меня занесло на несколько миль от дома? А что, если это побочный эффект работы моего прибора?»

Разобрав приставку и горестно вздохнув по поводу утонувшего приемника, который обошелся ему в трехмесячный заработок, Питер скрупулезно стал проверять все цепи и через пару часов напряженных поисков кое-что нашел. На микросхеме линейного усилителя вместо букв LA он разглядел слегка стершуюся и поэтому похожую на LA маркировку DA. А это означало, что он впопыхах схватил вместо линейного динамический усилитель, и собранная им схема имела совершенно неизвестные параметры. Присев за компьютер и посчитав, он ринулся в библиотеку. Возвращаясь из библиотеки, Питер точно знал, что он собрал. Приставка к оптическому приемнику была не чем иным, как МАШИНОЙ ВРЕМЕНИ! Возможно, его спасло то, что он дал малую мощность. Как известно, Земля каждую секунду пролетает по своей орбите тридцать километров и при этом еще вращается. Включив приставку, Белли переместился назад во времени на десятые доли секунды. Дай Питер мощность побольше, он мог очутиться в космосе — в одних трусах!

Как только истекли отпущенные ему три дня, Белли попросил двухнедельный отпуск. Арендовав лодку и модифицировав приставку (в частности, он поместил ее в водонепроницаемый корпус), горе-изобретатель начал экспериментировать. Питер, одетый в спасательный жилет с радиомаяком, который указывал местонахождение лодки, включал приставку, которую он назвал Т-джампером, на разную мощность. После десятка приземлений в воду С разной высоты он добился следующих результатов: ушиб правой ноги и бока о поверхность воды, а также более-менее точная калибровка Т-джампера. После дополнительных расчетов и опытов он определил величину и форму переносимого во времени объема. Он имел форму крупнейшего центрального объекта и объем около четырех кубических метров. Одновременно с этим Питер догадался об еще одном интересном свойстве аппарата. При изменении емкости одного из контуров Т-джампер позволял регулировать не только временную, но и пространственную координату! Испытав его на воде, Питер рискнул проделать это на суше. О радость! Плюхнувшись на лужайку в парке всего лишь с пяти-шести дюймов, он не удержался на ногах и с радостной улыбкой упал на газон. Его часы показали, что он вернулся на два с половиной часа назад во времени! На аллее неподалеку заметивший его появление малыш радостно закричал: «Няня! Няня! Гляди — дядя с неба упал!» — за что и заработал замечание, что дяди с неба не падают, так громко кричать в парке нельзя, и вообще, твое дело маленькое — вовремя предупредить, когда пора менять памперсы.

Полежав еще немного, Питер поднялся и, слегка пошатываясь, поплелся по аллее, провожаемый сердитым шепотом нянь: «С утра пораньше — и уже принял! А еще прилично одетый! Стыд какой!»

Астрономия была забыта. Через месяц Питер с уверенностью мог перемещаться на полтора-два месяца плюс — минус сотые секунды и на любые расстояния — в пределах Земли, конечно, с точностью до фута. Все это время он думал о практической пользе, которую можно извлечь из Т-джампера. А поскольку финансовое положение мистера Белли было неважным (внеочередной отпуск за свой счет и покупка деталей его отнюдь не улучшили), то первой и естественной мыслью Питера стала идея добыть немного денег. Но как? Украсть пачку банкнотов, появившись в каком-нибудь магазине, а потом исчезнуть ему не позволяла совесть. Но, помучившись пару дней, он нашел компромиссное решение — ограбить какой-нибудь крупный банк. Бормоча под нос: «Эти жлобы от пары тысяч не обеднеют», Питер наладил Т-джампер и нажал на пуск.

На следующий день все газеты пестрели заголовками: «Таинственное ограбление Первого Национального банка!», «Странный грабитель взял двадцать три тысячи из сейфа с тридцатью миллионами!». Полиция разводила руками. А что вы хотите! Когда сработала сигнализация внутри денежного хранилища, копы были на месте через полторы минуты. А чтобы выйти из подвала и подняться на лифте хотя бы на первый этаж, грабителю нужно семь с четвертью, и то если бежать. Второй странностью было то, что из огромного, как зал заседаний, сейфа было похищено только двадцать две тысячи восемьсот долларов — в основном двадцатками и десятками. Остальные тридцать миллионов остались нетронутыми. Кто же это мог затеять такое грандиозное предприятие из-за сущей мелочи?

Добыв деньги, Питер сходил в магазин и понял, что дело плохо. На каждого, кто платил наличными и выкладывал за покупки больше трех десяток или двадцаток, продавцы смотрели как на потенциального грабителя. Тогда он нашел способ, простой, как коровье мычание.

За два дня до ограбления толстенький мужчина пришел в Первый Национальный и положил туда двадцать тысяч долларов. Разумеется, на счет Питера Б. Белли. Сняв на остальные деньги номер в гостинице, Питер спокойно пересидел четыре дня, поахал вместе со всеми, а потом вернулся домой, имея в кармане новенькую кредитную карточку. Он отдавал себе отчет в том, что в течение двух дней существовало два Питера Белли, но посмотреть на себя раннего, а тем более зайти поговорить он не хотел — мало ли какие парадоксы времени могут пойти!

Питер Белли вышел из отпуска и вернулся к привычному распорядку дня. Он снова вернулся к своему хобби и благодаря открывшимся возможностям увеличивал свой инструментарий астронома-любителя. Время от времени он клал на свой счет не очень значительные, но все же приличные суммы, а через короткое время полиция вновь рвала на себе волосы, пытаясь раскрыть очередное преступление без единой улики. Питер был аккуратен и грабил только крупные банки — там полиция тратила много времени, чтобы просто добраться до места преступления. Да и на выдаче вкладов ограбления не сказывались.

Но в жизни белые полосы чередуются с черными, как на куртке заключенного. И тень этой куртки замаячила над Питером в один явно не прекрасный день. Разбирая почту, он обнаружил повестку. В суд. По обвинению в сокрытии доходов от налогообложения. А как известно, в США вы можете творить что угодно — но упаси вас господь обманывать налоговое управление! Сам Аль Капоне сел не за сотни кровавых преступлений, а за то, что неаккуратно платил налоги. А Питер был далеко не Капоне.

И вот он — день крушения всех надежд. Речь прокурора, адвоката, присяжные удаляются, возвращаются… «За систематическое сокрытие доходов от налогообложения… на три года. Освобождению под залог не подлежит».

К счастью, тюрьма, в которую попал Питер, славилась своими либеральными порядками, и через пару месяцев прилежному заключенному Белли разрешили получить из дому любимую электронную игрушку. Начальник тюрьмы, подписывая разрешение, подумал: «Он просто большой ребенок. Дайте такому любимую погремушку — и весь срок он будет тих и послушен». Свою ошибку он осознал, когда Белли таинственно исчез. Решетки и замки были целы и невредимы, записи мониторов слежения в коридорах ничего не показывали, но факт остается фактом — Питер Белли как в воду канул. Был объявлен розыск по округу, затем по штату и стране, но он ничего не дал.

За полтора месяца до побега Белли в деревушке Пайн-Виллидж на юге Аляски появился человек, назвавшийся Джоном Пирсом, электриком. Документов у него не было, но тут привыкли верить на слово, а квалификацию свою он доказал быстро. Местное отделение энергетической компании давно нуждалось в таком работнике, к тому же мужик оказался славный, мастеровитый и башковитый. Джон пришелся, что называется, впору. Одна у него была странность — любил на звезды смотреть. С первых получек купил себе трубу такую со стекляшками — во-во, верно, телескоп — и ночами все на небо глядит. Месяца через три-четыре пришел шерифу Полу Стэнтону факс с фотографией очередного беглого — очень на Джона похож, но из тюрьмы сбежал на полтора месяца позже, чем появился Пирс, Пол так и отписал в ответ — нет, мол, у нас такого.

А Джон Пирс, некогда бывший Питером Белли, обзавелся неплохим компьютером, посчитал кое-что и произвел очередное усовершенствование своего Т-джампера. Теперь диапазон действия прибора расширился аж на триста миллионов лет. Но больше никаких финансовых авантюр! Астрономия — первая и последняя его любовь.

Древние китайцы еще в IX, кажется, веке наблюдали вспышку сверхновой очень близко от нас. Да и динозавры, говорят, от чего-то подобного вымерли. А еще Джону-Питеру все больше в последнее время история нравиться стала. Компьютер у него переносной, едой, одеждой и прочими полезными мелочами он почти запасся. Ну, прошлое, держись!

Рис. А. Семякина