Леонид Большаков ЛЕНИНЫМ ПОДНЯТЫЙ

Леонид Большаков

ЛЕНИНЫМ ПОДНЯТЫЙ

Сноски в конце страницы набирают самым мелким шрифтом. Но внимательный читатель их не пропустит. Увидев звездочку в тексте — за словом ли, за строкой, он непременно переведет глаза вниз. Как не поинтересоваться, какая книга привлекла внимание автора, откуда почерпнуты приведенные им сведения, где тот источник, который — пусть крохотным ручейком — влился в огромное море, каким является истинное научное или литературное произведение?

Тем более — произведение Ильича.

1

Я читаю Ленина…

Название книги известно всем и каждому: «Развитие капитализма в России». Это изумительная книга. Изумительная по глубине анализа развития России после реформы 1861 года, по силе логической убежденности в неизбежности революции, по страстному, боевому темпераменту.

Не просто выдающийся теоретический труд — оружие необычайной взрывной силы. Оно, это оружие, сыграло решающую роль в борьбе со всем, что мешало распространению революционного марксизма на земле русской, что тормозило создание монолитной, могучей партии коммунистов.

Я читаю Ленина…

На каждой странице — цифры, таблицы, диаграммы. Сугубо деловой стиль — сдержанный, строгий. Но чем дальше продвигаешься по лестнице строк, тем большее волнение тебя охватывает, тем ярче разгорается воображение.

Музыка… вдохновенная музыка борьбы. Титанической борьбы, в которой Ленин, партия Ленина одержали полную и безраздельную победу…

Вспоминается история произведения.

Ильич начал его в 1896 году в петербургской тюрьме, а закончил тремя годами позднее — в сибирской ссылке. Сколько трудностей потребовалось преодолеть, чтобы сквозь тяжелые тюремные стены, сквозь тысячеверстные расстояния получить такое количество статистических справочников, материалов, книг, статей… Их было около шестисот, на многих языках. И каждый из этих источников прочитан, каждый — продуман и осмыслен, каждый — подвергнут скрупулезному анализу.

Я читаю Ленина…

Откуда, например, почерпнул Ильич вот эти сведения? Внизу страницы — ссылка на «Труды комиссии по исследованию кустарной промышленности». Тут же оценка:

«Бюджеты Карпова и Манохина …выгодно отличаются тем, что характеризуют отдельные группы крестьян».

Сведения, выписанные из статей некоего Карпова, — и в следующих разделах, главах, частях ленинской книги. И вдруг мне вспомнились кем-то мимолетно оброненные слова:

— Ленин в «Развитии капитализма» раз двадцать ссылается на Карпова. А Карпов-то жил у нас, в Оренбурге!

Кем это было сказано — теперь, пожалуй, уже не припомнить. Но разве в том дело? Дело — в Карпове. И узнать о нем хотелось больше.

«Записал А. Карпов…»

Передо мною — очень интересная книга. Называется она: «Народная поэзия Горьковской области». Сборник вышел несколько лет тому назад в Горьком. Составитель его — доцент В. Потявин — отобрал лучшие образцы дореволюционного и советского фольклора Поволжья. Под многими песнями, опубликованными в книге, значится: «Записал А. Карпов».

Как по городу по Астрахани

Тут ходил, гулял незнамый человек,

В черном бархатном кафтане,

Нараспашку рукава.

Свой персидский кушачок

В правой руке несет,

Черну шляпу с позументом

На левом ухе несет.

С гренадерами, с офицерами

Не кланяется, идет.

Увидал ли молодца

Губернатор со крыльца,

Посылал губернатор

Слугу верную свою:

— Ты, слуга ли моя верная,

Поди-ка, приведи:

Что за шельма за такой.

Привели молодца

К губернатору на крыльцо.

Как выходит губернатор на глаза,

Стал выспрашивать его:

— Уж ты чей такой, откуда, молодец?

Ты не с Низу ль иль не с Дону казачок?

— Я не с Низу и не с Дону казачок —

Проявился Стеньки Разина сынок.

Ожидай-ка, губернатор,

Моего батюшку в гости к себе!

Вот это замах… Лихая, смелая песня!

«Записал А. Карпов в 1875 году…»

И человеком записана она отважным. Не менее отважным, чем сочинители, которые за нее, быть может, ушли в свое время на каторгу. Собиратель знал, в каких муках рождал народ свои песни, чего стоило слово, противное властям. Записав песню-стон солдат:

…Нам и так-то, солдатам,

В службе тошно.

Нас загнал православный царь,

Загнал он нас в ину землю…

фольклорист взял себе на заметку: «Говорят, что за эту песню солдаты-песенники были сосланы в «Камчатку». Не мог ждать благоволения «власть предержащих» и он сам. Но Карпов не страшился преследований.

В статье составителя, которая сопровождает этот сборник, сообщается, что Карповым было собрано более пятисот песен. Пятьсот!.. Но света они так и не увидели.

Только в наше время с рукописей сняты «семь замков» и сметена пыль десятилетий. Песни возвращаются народу — их творцу. И сколько раз, читая их, вспомним мы с благодарностью еще недавно незнакомого нам собирателя.

В этих песнях — душа и кровь людская. В них душа самого Карпова. Такая же светлая, чистая, отзывчивая, как хорошая песня…

2

Песня и… статистика? Это кажется несовместимым. Но Карпов так не считал. Не считал потому, что оба его призвания брали начало из одного источника — любви к людям.

Экономические статьи Карпова называются весьма прозаически, например: «Сапожный промысел в северо-восточной части Арзамасского уезда и в смежной с нею части Нижегородского уезда». Здесь нет ни ярких портретов, ни бытовых сцен, ни сюжетных поворотов. Цифры, цифры… Но цифры не приукрашенные — достоверные, подлинные. Правдивые цифры, которые подводили к правдивым выводам.

Например, о том, что в деревне царит великая рознь между богатеями и бедняками, что из богатых крестьян здесь образуется «такая сила, которую бедным людям сломить трудно». Это слова Карпова. Но не все, далеко не все мог осмыслить правильно он сам. Впервые и по-настоящему глубоко в карповскую статистику проник Ленин.

Проник — и оценил.

Помните слова из сноски: «Бюджеты Карпова… выгодно отличаются…» Дело оказалось в том, что этим экономистом, в отличие от множества других, более ученых и куда более знаменитых, был применен принципиально новый подход к изучению материала. Карпов отказался от выведения некоего «статистического среднего» по уезду, занялся изучением отдельных типов крестьянских хозяйств, отдельных промыслов.

Таким цифрам нельзя было не поверить. И Ленин выписывает в свою тюремную камеру одну карповскую статью за другой, ссылается на почерпнутые из них сведения то там, то здесь — десятки раз.

Рождаются выводы — о разложении крестьянского земледелия, о возникновении крестьянской буржуазии, о появлении сельского пролетариата. Выводы, которые перечеркивали теории народников, прокладывали путь революционному марксизму.

…Но кем все-таки был этот человек?

3

И под теми, которые недавно напечатаны, и под сотнями других песен, хранимых ныне в Горьковском областном архиве, стоит одна и та же пометка: «Записано в с. Кириловке». В этом селе он родился. Ценой больших усилий удалось сыну бедного крестьянина пробить себе путь к знаниям. Но и в годы ученья в Арзамасском уездном училище, и в бытность гимназистом в Нижнем Новгороде, и позднее, студентом Казанского ветеринарного института, Андрей Карпов жил мыслями, чувствами, заботами своей семьи, своего бедняцкого класса.

Любовь к народу вдохновила его на кропотливейший труд по собиранию устного народного творчества. Трудно поверить, но это факт: большинство из пятисот песен записано Карповым в семнадцать-восемнадцать лет. Впрочем, те исследования нижегородской экономики, которыми пользовался Ленин, тоже были выполнены совсем молодым человеком. Совсем молодым… Да ведь и умер он всего двадцати восьми лет от роду!.. Это произошло на пятом году его жизни в Оренбургской губернии.

Я листаю дело № 467 Оренбургского губернского правления. На обложке название: «О службе ветеринарного помощника в г. Орске Карпова». На девяноста четырех листах — четыре года жизни деятельного и умного человека.

В Оренбургскую губернию Андрей Васильевич был прислан весной 1881 года — сразу по окончании Казанского ветеринарного института. Первое, с чем сталкиваешься, знакомясь с архивным делом, — это чувство беспокойства вновь назначенного врача Орского скотопрогонного пункта в связи с никудышней постановкой ветеринарной помощи. И тут же: «Крайне нуждаюсь». Нужда, в которой он родился, приехала с ним и на новое место жительства. Но не о собственном благополучии печется этот человек прежде всего. Вокруг — чума, сибирская язва, другие страшные болезни.

«В зимнее время, когда у меня нет никакого относящегося прямо до моей должности дела, я могу отправляться в уезд для прекращения повальных болезней», — пишет Карпов начальству. Для этого, по его словам, требуется лишь одно: чтобы врачебное отделение нашло возможным «устроить… бесплатные проезды».

Как ни странно, воодушевления это предложение не вызвало. И все-таки, несмотря ни на что, Карпова видели то в Ильинском, то в Губерле, то на Орловском хуторе. Самозабвенно, горячо бросался он в новые схватки — с мором, эпидемиями, гибелью скота. При этом Андрей Васильевич не щадил себя, своего здоровья. Обострение суставного ревматизма… Воспаление печени… Туберкулез… Но кому до этого дело!

А сколько горьких раздумий, сколько возмущения рождает казенно-пренебрежительная резолюция на письме Карпова с просьбой предоставить ему месячный отпуск для лечения в казанской клинике: «Подайте прошение об увольнении в отпуск, приложив две марки 60-копеечные»… А чего стоит конфиденциальное письмо губернского врачебного инспектора Ушакова? «Служебная деятельность ветеринара Карпова не отличается точностью исполнения требований не только местной полиции, но даже распоряжений местного начальства…» И это — о человеке, который всего себя, без остатка, отдавал делу!

Словам чиновника Ушакова веры было больше, чем делам «человека без положения» Карпова. Деятельность его в Орске, в конце концов, сочли нежелательной. Последовал приказ о перемещении в Оренбург, дабы он «находился под непосредственным наблюдением губернского медицинского начальства». Но служба в Оренбурге оказалась и вовсе недолгой. Вконец подорванное здоровье привело Андрея Васильевича в палату губернской больницы, а оттуда — на кладбище.

Медицинское начальство смерть Карпова поразила весьма. Нет, не оттого, что умер талантливый человек и было ему всего двадцать восемь. Поразила по другой причине: как же, ведь он… не отчитался в расходовании полученного аванса! Слов утешения молодой вдове ветеринарного врача (они поженились в Орске, в 1883-м) у чиновников ветеринарного ведомства не нашлось. Зато в изыскании путей покрыть задолженность покойного — двадцать рублей! — они проявили поистине колоссальную прыть. Запросы были разосланы всюду, где Карпов жил или бывал. Но ответы приходили однотипные: «имения и капиталов, принадлежащих ветеринару Карпову, как в Орске, так и в уезде его, не найдено»… «Не оказалось»… «Не разыскано»… «Не обнаружено»…

И заключительный документ: «Ветеринар Карпов отчета в расходе аванса не представил и 6 мая 1885 года умер, причем по розыску имущества у него никакого не оказалось».

Невдомек было оренбургским губернским властям, какое бесценное богатство оставил людям Андрей Васильевич Карпов.

Он закладывал его сызмала и умножал до последнего своего часа, до последнего вздоха. То богатство, которое смог оценить лишь Владимир Ильич Ленин…

* * *

Лениным прославленный Карпов остается с нами. Собранные им материалы сейчас в экспозициях музея Горького. А единственное известное его изображение — рисунок, выполненный на основе полустертой, ветхой фотографии — появилось недавно на стендах музеев в Орске и Оренбурге.

…— Это кто?

— Человек из книги Ильича.

Звучит гордо!

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Леонид Трефолев

Из книги Русские поэты второй половины XIX века автора Орлицкий Юрий Борисович

Леонид Трефолев * * * Лошаденки за оврагом Изнуренные плетутся, Выступая робким шагом, Под кнутом хозяйским жмутся. И хозяева их, кстати, Приуныли и устали; Мало счастья, благодати Эти люди испытали. Говорит один (я слышу): «Эки, братцы, неудачи! Всю соломенную крышу Съели


Леонид Трефолев

Из книги Рецензии автора Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович

Леонид Трефолев Биография Л. Н. Трефолева, написанная им самим Леонид Николаевич Трефолев родился 9 сентября 1839 года в г. Любиме, теперь село Ярославской губернии, где отец его (Николай Дмитриевич, умер в 1853 г.), служивший в уездном суде, известен был как библиофил.


А. БОЛЬШАКОВ. Роман в двух частях И. Д. Кошкарова. СПб. 1868 г. *

Из книги Лучшее за год III. Российское фэнтези, фантастика, мистика автора Галина Мария

А. БОЛЬШАКОВ. Роман в двух частях И. Д. Кошкарова. СПб. 1868 г. * Роман этот написан на тему: всякий человек обязан приносить посильную пользу обществу. Почтенный автор следующим образом развивает свою мысль: «Не может, — говорит он, — добрая лошадь не рвануться вперед, когда


А. Большаков. Роман в двух частях И. Д. Кошкарова СПб. 1868 г

Из книги О прозе и поэзии XIX-XX вв.: Л. Толстой, И.Бунин. Г. Иванов и др. автора Гречнев Вячеслав Яковлевич

А. Большаков. Роман в двух частях И. Д. Кошкарова СПб. 1868 г ОЗ, 1868, № 10, отд. «Новые книги», стр. 194–196 (вып. в свет — 9 октября). Без подписи. Авторство установлено С. С. Борщевским на основании анализа текста — Неизвестные страницы, стр. 540; позднее подтверждено найденным


Леонид Каганов Людоед

Из книги Календарь. Разговоры о главном автора Быков Дмитрий Львович

Леонид Каганов Людоед Очень просто, — ответил протоиерей, нахально подмигивая, — дело в том, что смерти предшествует короткое помешательство. Ведь идея смерти непереносима. В. Пелевин «Колдун Игнат и люди» Даша стояла двадцать минут на платформе монорельса,


Глава Пятая ЛЕОНИД АНДРЕЕВ

Из книги Последние поэты империи автора Бондаренко Владимир Григорьевич

Глава Пятая ЛЕОНИД АНДРЕЕВ Писатели и критики 1890—1900-х годов не только констатировали происходившую замену больших жанров малыми, но и стремились (одни — в связи с этой «пересменой» жанров, другие — без связи с нею) определить особенности «новейшего реализма». Многие из


ЛЕОНИД ГУБАНОВ

Из книги Альманах Felis №001 автора Лагутин Геннадий

ЛЕОНИД ГУБАНОВ Русская керамикаЕсть где-то земля, и я не боюсь ее имени,есть где-то тюльпаны с моей головой и фамилией...Есть где-то земля, пропитанная одышкой.Сестра киселя, а душа — голубеющей льдышкой. Есть где-то земля, пропитанная слезами,где избы горят, где черные


Леонид Старцев

Из книги Каменный пояс, 1981 автора Юровских Василий Иванович


Леонид Большаков СЕНАТОР ОТ ШТАТА СОРОЧИНСК Повесть-хроника

Из книги автора

Леонид Большаков СЕНАТОР ОТ ШТАТА СОРОЧИНСК Повесть-хроника в эпизодах, письмах, документах, воспоминаниях и других непридуманных свидетельствах об Александре ФадеевеВместо вступления, или откуда пришло название этой повестиГод пятидесятый. Суровый, морозный


Леонид Большаков „БЕСЦЕННАЯ СОЮЗНИЦА“ Очерк

Из книги автора

Леонид Большаков „БЕСЦЕННАЯ СОЮЗНИЦА“ Очерк В Оренбурге живет и работает писатель-литературовед Леонид Наумович Большаков — лауреат премии УССР им. П. Г. Тычины «Чувство семьи единой» и лауреат премии им. А. А. Фадеева, автор книг о декабристах, Т. Г. Шевченко,


Леонид Кузнецов ВЕСНА Стихотворение

Из книги автора

Леонид Кузнецов ВЕСНА Стихотворение В цветенье яблонь мирную весну Дарует нам встревоженное время. Отцы заводят песни про войну, Горланит шлягер молодое племя.    Но в сердце память к прошлому крепка,    Она, как шрам израненного детства.    Как даль времен ни будет


Леонид Большаков ЗАПРОС ИЛЬИЧА

Из книги автора

Леонид Большаков ЗАПРОС ИЛЬИЧА Оренбургскому краеведческому музею в 1981 году исполняется сто пятьдесят лет. Поздравляя один из старейших музеев России со славным юбилеем, мы предлагаем читателю заметки писателя Леонида Большакова, посвященные Лениниане музея в


Леонид Осинцев ИЗ КРАЕВЕДЧЕСКОЙ ЛЕНИНИАНЫ

Из книги автора

Леонид Осинцев ИЗ КРАЕВЕДЧЕСКОЙ ЛЕНИНИАНЫ Посылки с ленинской «Искрой»Жительница города Шадринска Нина Александровна Маркова в 1975 году передала в фонды Шадринского городского краеведческого музея две жестяные банки из-под конфет цилиндрической формы. На одной из них