РУССКИЙ ЯЗЫК (СЦЕНЫ НЕ ДЛЯ СЦЕНЫ)*

РУССКИЙ ЯЗЫК (СЦЕНЫ НЕ ДЛЯ СЦЕНЫ)*

Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины — ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык!

Тургенев

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Маляр.

Профессор.

Приват-доцент.

Первая дама.

Вторая дама.

Поэт.

Поэтесса.

Лето. Сквер. Маляр красит забор. На скамье старый профессор и приват-доцент, увлеченные спором.

Сцена 1-я

Профессор. Критическая философия, collega, абсолютно игнорирует индивидуальную терминологию, дабы не модифицировать ее в систематическую символику…

Приват-доцент. Ео ipse, вы игнорируете «трансцендентальную апперцепцию» и «антиномии» Канта?

Профессор. Категорически протестую! У Канта генезис терминов параллелен генезису концептов — а у вас абсентизм параллелизма…

Приват-доцент Если я детальнее формулирую мои ситуации и дефинирую концепты, то…

Профессор. (насмешливо). Definite прагматизма per genus proximum et differentiam specificam?

Приват-доцент. Прагматизм, теория Шиллера и Джемса, идентифицирует критерий истины с утилитарностью…

Профессор. Абсурд, collega!

Приват-доцент. (горячась). Ergo — в принципе, всякая не спекулятивная философия абсурд? Ein bischen конгениальности, Иван Иванович, при анализе философских дисциплин…

Профессор. (вытирает лысину). Я пасс! Принципиально игнорирую фразы… На реферате вашем пооппонирую… Хронометр при вас?

Приват-доцент. Увы! Констатирую с феноменальным пессимизмом: утилизован в ломбарде.

Профессор. Фуй, collega!

Приват-доцент. Фуй, не фуй, а мотив самый шаблонный: к юбилею Федора Федоровича реставрировал фрак, в результате — ни сантима. Да! В «Neue Freie Press» был анонс: в Лондоне по инициативе бюро федерации лиги антицелибата организуются периодические экскурсии профессоров на континент для реставрации матримониального принципа…

Профессор. (сквозь сон). Фикция, фракция, функция…

Приват-доцент Collega! (Тот спит.) Типичный маразм! Collega, stehen Sie auf! Вон наш трамвай…

Профессор. (просыпается). А? Трамвай? Абсурд! Тенденция философии — абсолютно игнорировать вашу индивидуальную терминологию прагматического и утилитарного утилитаризма! У Канта генезис терминов параллелен генезису концептов, а у вас тенденция…

(Споря и жестикулируя, уходят.)

Маляр. Хранцузцы! Специальная публика… С кандибобером! До чего люди доходят! (Запевает.) Да-и-эх-ты, да-и-ух-ты, да-и-ах-ты, да-и-ох-ты са-мо-ро-ди-на моя брилля-нто-ва-я…

Сцена 2-я

1-я дама На фоне из метеора фрез экразе, тюник из тюля! Лиф из же, суташ крем, декольте а ля грек moyen ?ge…

2-я дама (завистливо). Пикантно, но не бонтонно. У меня к вернисажу шедевр: стильный костюм из кашемира суа…

1-я дама. Бле жандарм? (Садятся на скамью.)

2-я дама. Фи, ma ch?rie! Кашемир, гелиотроп, тона фиалки с томатом, корсаж с баской и биэ, и к ним грациозный перламутровый аграф фантази… (Увлекаясь.) Декольте с бертой, манжетки с тюлевым воланом релижез и плиссе драмодер артистик…

1-я дама. Ах! Кузен экспортировал из Парижа для belle-soeur матине… Шик! Шу из либерти, декольте бисквитного пана, воланы из шантильи…

2-я дама. A propos, ваша belle-soeur еще музицирует?

1-я дама. Музицирует? Профессор ди-Риззото в экстазе: колоссальный диапазон, лирические паузы, кристальный тембр, фразировка. Шикарнее всего, ma ch?rie, что у нее феноменальный раритет: ко-ло-ра-тур-ное контральто!

2-я дама. Вы меня провоцируете, Аглая Ивановна?!

1-я дама. Факт. В марте дебют в Лючии.

2-я дама. В Лючии? Mais non… Ромео и Джульетта сценичнее. На фоне стильных венецианских фресок фра-Беато колоннада и бальный зал, аромат магнолий и лавров. (Напевает.) О, barcarolla moco, piccicato mio si-si l?! Меланхоличный Ромео, в флер-д’оранжевом трико, в плиссированных буфах и кокеткой супль с инкрустациями «vieil or»…

1-я дама. (увлекаясь, продолжает). На муаре «иланг-иланг» и в абрикосовом берете с плюмажем. О! Но и в Лючии есть эффектные сцены.

2-я дама. A propos? Вернисаж в Пассаже?

1-я дама. В «Салоне» на Итальянской.

2-я дама. Merci. Барон Курцбах дебютирует серией неаполитанских эскизов и иллюстрациями к «Эху Венеры». Он демонстрировал мне пастель «Лунная соната сквозь призму гомосексуализма». По колориту — шедевр!

1-я дама. Фи, он манерен, ваш Курцбах. В корсете, банальные позы… Pardon, я вас шокирую? Флирт?

2-я дама. Jamais! Он очень ком-иль-фо: смокинг из дра амазон на муаре, английский жилет с инкрустациями Louis XI…

1-я дама (поддразнивая ее, встает). «Пьедесталы» а ля грек moyen ?ge, с кокеткой релижез и на тюле фрез экразе?..

(Обе хохочут.)

1-я дама Ну, au revoir. (Смотрит на часы.) У меня рандеву в Пассаже с мадам Жорж. (Ехидно.) Mes compliment a Monsieur le baron с инкрустациями Louis XI…

2-я дама. Merci. (Кокетливо.) О, barcarolla moco, piccicato mio si-si lа!..

(Расходятся в разные стороны.)

Маляр. Мериканки, по костюму видно, да и разговор немецкий. Аппититные кинарейки… С ворсом! Да-и-эх-ты, да-и-ах-ты, да-и-ух-ты, са-мо-ро-ди-на моя брилля-нто-ва-я…

Сцена 3-я

Поэт (влечется к скамье). Зрак солнца вечеровый облак чарым хмелем напоил…

Поэтесса. Брекекекекс.

Поэт. Древеса листьями помавают… Цикута лирная трикрата алчбой пышет.

Поэтесса. Мани-текел-фарес.

Поэт. Шараду глубинную решила ли? Рифмы к сонету maestro?

Поэтесса. Эвое, музоликий! С тугой надрывной рожала: систр-регистр, тимпан-марципан.

Поэт. Лире национальной быть лепо. Чти! (Садится.)

Поэтесса

Узывных сфер глубинные тимпаны —

Алчбу и Эрос, нимбы, сфинксы, систр,

Юдоль словес, волшбу и марципаны

Мы занесли в напевный наш регистр.

И се купель трикратного юродства,

О, Grand-H?tel, grand rond u pas-des-quatres!

Струит фонтаны лирного банкротства

На альманахи, нервы и театр…

Поэт. Ш-ш… Антиномичен пафос поэзии! К весталческой планетарности мифотворчества национального грядет через Марсову солнечность утверждающего мистическую личность почина!

Поэтесса (задумчиво). Аки, баки, зраки, маки, фраки… Змий, кий, Пий, Вий… (Вдруг неожиданно и быстро.) Какара цакара макара-пунчала ракса!..

Поэт. Вертоград, вертограда, вертограду…

Поэтесса. Блуд-руд, блуда-руда, блуду-руду…

Поэт. О, плектрон воздыханий… Встань мистагог! Ярем на вые, елей на устах, гной в сердце… Как телка Ио, влеком я роком!

Поэтесса. Влеком ты роком, влеком он роком, влекомы мы роком.

Поэт. Кыш! Ормуз и Ариман дифирамы Дионису на цимбалах и сирингах слагали. Брысь, Пушкин! Конфузно тебе — вульгарными рыками поэзию утучнил… Скриба ты гиперборейский, а не Орфей! Профанам ясен зело. И ты, Байрон, и ты, Гёте, и тьма тем прочих — брысь! Экстаз — кристаллен, лирика — популярна, страдальность — без личин, неотвратна… Брысь!

Поэтесса. Maestro! Пенсне на прахе. (Поднимает.) (Зевая.) Я иду по ковру, ты идешь пока врешь… Maestro! Позволь по-русски поговорить? А? Чуточку!

Поэт. Кыш! Ошую — хаос, одесную — хаос, по бокам рифмы, в середке — гурт фазаний, Эрос вой зовет, зык рык источает…

Поэтесса. Я-лды хочу-лды домой-лды. Мне-лды скучно-лды.

Поэт. Кыш! (Вдохновенно.) Твердь-жердь, сев-зев, понт-фронт, древо-чрево, Тидей из Меланиппа, Меланипп из Тидея. Фалалей из Капанеи… А я где?

Поэтесса (Хнычет.) Хочу-лды домой-лды.

Поэт. Подожди-лды. О, Асфодель! Мара зык прошла, рифмы в чехарду прядают — астральный Овен по шкелету чертит. У-у-у. (Плачет.)

Поэтесса (Тащит его.) Идем-лды… Боюсь-лды!

Поэт (Уходит.) Феникс без рифмы… Увы! И сфинкс без рифмы… О, о, о!

Маляр (Таинственно.) Т-с… Вот тэк история! Фа-ра-он! Бежи сюды… Жива! Тут — ёпонские шпионы пошли! Один за бабу, другой за мужчину — замашкараденный! Последи, а мне красить на-до!.. (Красит, злобно мотает головой и поет.) Да-и-эх-ты! Да-и-ух-ты! Да-и-ах-ты! Да-и-ох-ты са-мо-ро-ди-на моя бри-ллян-то-ва-я…

<1910>