«Приятие мира»[1]

«Приятие мира»[1]

Поэта коснулось «дуновение» высокой тайны — тайны преображения.

Взаимоотношения человека и космоса так многолики и загадочны, что невозможно с полной убежденностью утверждать, в самом ли человеке источник его преображения или приходит оно извне. Гомолицкий склоняется к второй разгадке — приобщения человека к космическим тайнам, т е. религиозно-философскому просветлению.

В религиозно-философских размышлениях и настроениях, которыми исполнены почти все стихи поэта, он находит свой путь к приятию мира. Но путь этот ведет через самопознание и самообличение. Если в мире он приемлет все ужасы и страдания жизни, то в самом себе он приемлет лишь примиряющее и всеутверждающее начало. К своему несовершенству, к греховному началу в себе он беспощаден. Я назвал бы его приверженцем внутреннего (имманентного) дуализма.

Поэт говорит:

Постель казалась мне греховно нежной —

плоть вероломную я к доскам приучал,

кладя на стол свой отдых неизбежный,

и на спине, как мертвый, застывал.

Я спал, и сон был иногда спокоен,

но чаще влажно воспален и жгуч.

А надо мной стоял крылатый воин,

в руке сжимая обнаженный луч.

Но стоит поэту соприкоснуться с внешним миром, чтобы стихи его зазвучали по-иному и чтобы в них сказались радость бытия, нежная, проникновенная:

Опять вкушаешь песни золотые,

Бог с голубой прохладою зрачков,

как будто я влюблен в тебя впервые,

а за спиной не тысячи веков.

И в последнем отчаянье есть радость, и гибель не страшна тому, кто в своей любви к миру претворил в красоту и мрак, и ненастье, и самую смерть:

Ворча, раздавит лапою тяжелой

чудовище автобуса тупое —

на камнях, сморщенных его ленивым брюхом…

Так кончится, что было душной школой…

по классам жизни заточенным слухом,

но помнящим мучительно иное.

Лишь каменные тихие святые

и голуби, слетающие к ним,

да вот еще любви комочек снежный

напрасно длят часы мои пустые.

Но будет прав мой тесный, неизбежный

последний час — гудок, бензинный дым,

сухой асфальт и кто-то нежный-нежный.

Любовь и смерть — лучшие краски на палитре Творца. Чтобы постичь безмерное сияние любовного пути, должно взглянуть на него из-под сени гробового входа. Но любовные страдания в узком смысле этого слова чужды поэту. Его любовь разделена. К одиночеству и раздумью о смерти толкает его не любовная мука, а притупленное, приглушенное повседневностью чувство жизни. В созерцании смерти на кладбище поэт ищет и находит оправдание тому обманчивому и мимолетному, что в «кулисах стен» казалось столь скучным и отвратным. Как проникновенно звучит:

Жизнь пролетает точно тень от птицы.

Спеши исполнить всё, пока ты жив.

Это стихотворение («В лесу крестов…») о смерти, несмотря на отсутствие в нем трагически вдохновенной антитезы — вообще лучшее в сборнике. Поэт достиг в нем большого мастерства.

Символом примирения является Ева — Ева-женщина, прельстительная и жаждущая плоть, мистически перевоплощенная Евой-женой и матерью. Любовь возносится на степень долга, идеальной обязанности.

Как мало надо нам с тобою, Ева.

Без гнева жить и трепетать потом,

когда наш дом от крыши до порога

наполнит бога маленького крик —

его язык еще невнятный людям,

и позабудем для него мы свой —

земной язык, отчаяньем сожженный

и искушенный внутренним огнем.

Для сложных переживаний в большинстве стихов найдены поэтом свои образы — свой язык. Всякое истинное искание в искусстве отдает косноязычием. Для обычных переживаний имеются под рукой готовые штампы, гладкие формы, гладкие слова. Временами тяжелый, перегруженный стиль Гомолицкого свидетельствует о напряженной борьбе поэта с собой и с готовыми образцами.

В книжку Гомолицкого надо вчитаться, она написана не для любителей поэзии, а для любящих ее.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

99. "Чемпионы Мира"

Из книги Книга для таких, как я автора Фрай Макс

99. "Чемпионы Мира" Группа "Чемпионы Мира" — это Гия Абрамишвили, Константин Латышев, Борис Матросов, Андрей Яхнин. Компания школьных друзей, считавших себя чем-то вроде банды "Черная кошка": "без идеологии, с определенными ритуалами". В числе ритуалов имело место


Два мира

Из книги Русские поэты второй половины XIX века автора Орлицкий Юрий Борисович

Два мира Там белых фей живые хороводы, Луна, любовь, признанье и мечты, А здесь – борьба за призраки свободы, Здесь горький плач и стоны нищеты! Там – свет небес и радужен и мирен, Там в храмах луч негаснущей зари. А здесь – ряды развенчанных кумирен, Потухшие безмолвно


«Рассыпание мира»

Из книги Мировая художественная культура. XX век. Литература автора Олесина Е

«Рассыпание мира» Борис Леонидович Пастернак (1890-1960) в начале творческого пути испытывал сильное воздействие символистов (особенно А. А. Блока и А. Белого) и футуристов. В 1913 г. он примыкает к небольшой поэтической группе «Лирика», а в 1914 г. входит в футуристическую группу


§ 2. Благодарное приятие мира и сердечное сокрушение

Из книги Теория литературы автора Хализев Валентин Евгеньевич

§ 2. Благодарное приятие мира и сердечное сокрушение Этот круг умонастроений во многом определил эмоциональную тональность высоких жанров искусства, упрочившихся в русле христианской традиции. Атмосфера благоговейного созерцания мира в его глубинной упорядоченности


Думание мира

Из книги Статьи из журнала «Русская жизнь» автора Быков Дмитрий Львович

Думание мира как быть и ничего не делатьIРусская политика есть пьеса. Она разыгрывается в разных декорациях, но без больших композиционных изменений, — случаются разве что стилистические. В четные века — пожестче, в нечетные, когда память еще свежа, — помягче. Вместо


ВЛАСТЕЛИН МИРА

Из книги Комментарий к романам Жюля Верна "Властелин мира", "Драма в Лифляндии" и "В погоне за метеором" автора Брандис Евгений Павлович


Картина мира

Из книги Литература подозрения: проблемы современного романа автора Виар Доминик

Картина мира Существует и иной подход к реальности: не следуя никакой «литературной модели», он, однако, противится отказу от изображения действительности. Пытаясь уйти от классического жанра романа, писатели этого направления более охотно используют прием


12. Роза Мира

Из книги Вестник, или Жизнь Даниила Андеева: биографическая повесть в двенадцати частях автора Романов Борис Николаевич


«Тон» мира[168]

Из книги «Я почему-то должен рассказать о том...»: Избранное автора Гершельман Карл Карлович

«Тон» мира[168] Приступая к работе в любой отрасли искусства (литературе, живописи, музыке), очень важно сразу добиться верного тона, которым и определяется всё дальнейшее звучание задуманного произведения.Понятие «тона» ближе всего стоит к понятию «идеи» (не в строго


Пути мира

Из книги За стеной: тайны «Песни льда и огня» Джорджа Р. Р. Мартина автора Лаудер Джеймс

Пути мира Вестерос построен не на переменчивом хаосе. Действительно, здесь нет явно очерченного светлого пути к спасению. Тем не менее персонажи сталкиваются с болезненной карающей справедливостью, рожденной этическим абсолютизмом, который придает описанному в цикле


НА ВАХТЕ МИРА

Из книги Южный Урал, №4 автора

НА ВАХТЕ МИРА Вся история нашего советского государства есть история неустанной борьбы за мир. Одним из первых декретов молодого советского правительства был декрет о мире. Он был подписан В. И. Лениным в первые часы существования Советской власти.Три с лишним


СЕРДЦЕ МИРА

Из книги Из круга женского: Стихотворения, эссе автора Герцык Аделаида Казимировна

СЕРДЦЕ МИРА Над Москвой безоблачное небо,Звонкая, литая синева.Как давно уже в Москве я не был,Но везде со мной была Москва.Далеко в крутых горах УралаКаждый день у доменной печиМне она задания давала,Голос ваш я слышал, москвичи.Сталевары, горняки Урала,Нашей славной


Из мира детских игр

Из книги Тренинги свободы автора Надаш Петер

Из мира детских игр C’est dans les jeux d’enfance qu’il faut chercher l’inspiration et l’oeuvre de notre vie. Guyau[17] Сегодня моя маленькая дочка села на стул у окна в неловкой позе, выпрямившись, вытянувшись, сжала руки на коленях и напряженно зажмурилась.Она не двигалась, лицо было серьезно и


Из детского мира

Из книги автора

Из детского мира Посвящается Д. Ж. 1. Ненаказуемость Котика Уж обед кончался, и я думала, что дело обойдется на этот раз, когда вдруг Котик перешел все границы, оттолкнул тарелку так, что компот выплеснулся на скатерть, упрямо крикнул что-то остановившей его горничной и


Гражданин мира и козлище

Из книги автора

Гражданин мира и козлище О лекарстве против изоляционизма и сепаратизмаВ тот самый день, когда воздушные силы НАТО начали бомбежку военных объектов Югославии, Палата лордов в Лондоне приняла решение, что престарелый Аугусто Пиночет, бывший чилийский диктатор, может