КРОССОВЕР

КРОССОВЕР

от англ. crossover – переход.

В мире звукозаписывающей и звуковоспроизводящей аппаратуры так называют устройство, разделяющее спектр входного сигнала на несколько частотных диапазонов, а в мире автомобилей – машины, соединяющие качества внедорожников и универсалов с комфортом седанов бизнес-класса. И разумеется, переимчивые и ушлые классификаторы книжного рынка не удержались от искушения адаптировать к своим нуждам и это недавно появившееся словечко, охарактеризовав им произведения, в которых сведены воедино сюжетные мотивы и/или персонажи, взятые из двух (или более) уже известных книг, принадлежащих перу разных авторов.

Образцовые, если говорить о формальных признаках, кроссоверы – это, например, роман Сергея Лукьяненко и Юлия Буркина «Остров Русь», где три былинных богатыря под предводительством Ивана-дурака разыгрывают сюжет «Трех мушкетеров» Александра Дюма, то есть пытаются вернуть Василисе Прекрасной, жене князя Владимира Красное Солнышко, сережки, которые она опрометчиво подарила своему любовнику Кащею Бессмертному. Или – еще один выразительный случай – роман братьев Катаевых об истории русского Интернета «Пятнашки, или Бодался теленок со стулом», где юмористический эффект возникает при скрещивании сюжетных линий книги Александра Солженицына «Бодался теленок с дубом» и классической дилогии Ильи Ильфа и Евгения Петрова про Остапа Бендера.

Оба эти примера – из сферы прикольной литературы, имеющей своей целью всего лишь позабавить вменяемого читателя. Но вполне возможны и кроссоверы, написанные всерьез (или почти всерьез). Так, знатоки зарубежной фантастики легко припомнят романы «Доктор Ватсон и Человек-невидимка» Ноэля Даунинга, «Тоскливой октябрьской ночью» Роджера Желязны, где в мистериальном поединке сил добра и зла участвуют и граф Дракула, и доктор Франкенштейн, и Шерлок Холмс, или роман «Машина пространства» Кристофера Приста, где объединены сюжеты классических «Машины времени» и «Войны миров», да вдобавок еще и сам Герберт Уэллс оказывается в числе действующих лиц. Что же касается любителей отечественной фантастики, то им, помимо романа С. Лукьяненко и Ю. Буркина, на ум приходит разве лишь давняя книга Евгения Войскунского и Исая Лукодьянова «На перекрестках времени», среди персонажей которой опять-таки Шерлок Холмс с доктором Ватсоном, профессор Челленджер и сам Артур Конан Дойл, а также свежий роман Лилии Труновой «Медвежий угол», объединивший, по канонам то ли фэнфика, то ли новеллизации, героев телесериалов «Твин Пикс» и «Секретные материалы». И конечно же (как можно это забыть?), отдельной строкой должна быть выделена повесть-сказка Василия Шукшина «До третьих петухов», начинающаяся фразой: «Как-то в одной библиотеке, вечером, часов этак в шесть, заспорили персонажи русской классической литературы» – и действительно, погружающая читателей в мир, где Обломов обменивается колкостями с бедной Лизой, а от Ивана-дурака требуют справки о том, что он на самом-то деле умный.

Впрочем, если толковать кроссоверную технику расширительно, как один из подвидов пастиша, то перечень приемов и примеров может быть значительно расширен. От многократно переиздававшейся книги Станислава Рассадина и Бенедикта Сарнова «В стране литературных героев», где вновь оживают хрестоматийные персонажи русской и мировой классики, до недавних «Московских сказок» Александра Кабакова, разыгравшего общеизвестные фольклорные и литературные сюжеты на материале сегодняшней постперестроечной жизни. И становится понятно, что у кроссоверов огромный – как познавательный, так и коммерческий – потенциал, лишь отчасти реализуемый современными литераторами. Нет сомнения, что вскоре это будет осознано издателями, и мы еще прочтем что-нибудь соблазнительное о любви Наташи Ростовой к Павке Корчагину.

См. ДВОЙНАЯ КОДИРОВКА; КИНОРОМАН, ТЕЛЕРОМАН; ПАСТИШ; ПРИЕМ ЛИТЕРАТУРНЫЙ; ПРИКОЛЫ В ЛИТЕРАТУРЕ

Поделитесь на страничке

Следующая глава >