XXIX

XXIX

На миг умолкли разговоры;

Уста жуют. Со всех сторон

Гремят тарелки и приборы,

4 Да рюмок раздается звон.

Но вскоре гости понемногу

Подъемлют общую тревогу.

Никто не слушает, кричат,

8 Смеются, спорят и пищат.

Вдруг двери настежь. Ленский входит,

И с ним Онегин. «Ах, творец! —

Кричит хозяйка: – наконец!»

12 Теснятся гости, всяк отводит

Приборы, стулья поскорей;

Зовут, сажают двух друзей.

4 Да рюмок раздается звон. — Скорее, стопок с водкой, нежели бокалов с вином.

5—8 Ритм этих строк, особенно в подлиннике, весьма схож со свифтовским; ср. с «Дневником современной дамы» («The Journal of a Modern Lady»), стихи 174–178:

Now Voices over Voices rise;

While each to be the loudest vies,

They contradict, affirm, dispute,

No single Tongue one Moment mute;

All mad to speak, and none to hearken…

(Все больше нарастает шум;

И каждый хочет перекричать соседа,

Все спорят, ссорятся, доказывают что-то,

Никто и ни минуты не молчит;

Все рвутся говорить, никто не хочет слушать…)

Нет сомнений, что в эту самую минуту Татьяна, в душевном смятении, вспоминает шумных вурдалаков из своего сна — и в следующую секунду она застынет, смущенная, под взглядом Онегина.

9 Вдруг двери настежь. — Имеется в виду двустворная дверь (фр. porte ? deux battants).

10—11 «Ах, Творец?» /Кричит хозяйка… — Сполдинг допускает смешную и невероятную ошибку: «„Ах! / Наконец-то автор [Ленский]!“ — вскричала мама».

12—13 …всяк отводит /Приборы, стулья. — Здесь присутствует некая двусмысленность, поскольку этот глагол кроме «отодвигает в сторону» может также означать «предназначает», «выделяет»; но поэт добавил бы «им», если б желал сказать, что приборы и стулья готовились для только что прибывших двух друзей теми гостями, кто теснится.

13 Приборы; 14 друзей; XXX, 1 Сажают прямо против Тани. — Аллитерации на пр и первом др (на смену которому придет тр) подготавливают изумительную инструментовку следующих строк, где звуки, передающие грохот отодвигаемых стульев, в конце XXIX повторяются, но уже в новом эмоциональном ключе (XXX, 2–3):

И, утренней луны бледней,

И трепетней гонимой лани,

Отметим изысканный параллелизм между утренней и трепетней — одинаковые согласные, одинаковые окончания, одинаковая метрическая позиция в одинаково замедленном, «обморочном» стихе. Повторы ей и ней продолжаются, начиная с рифмы, заключающей предыдущую строфу, через ней в утренней, бледней и трепетней до темнеющих и ей в слове очей из стихов 4–5, с волнующей аллитерацией на ч, прелестно завершающей всю эту симфонию:

Она темнеющих очей

Кстати, любопытно сравнить эту нежную «утреннюю луну», символизирующую Татьяну, с «глупой» ночной луной, напоминающей лицо Ольги (гл. 3, V). См. в Приложении II схему скадов в этой строфе.